Современное богословие

Настоящий двухтомник объединяет все проповеди, библейские исследования и истолкования, опубликованные в многотомных сочинениях Дитриха Бонхёффера, и тем самым облегчает доступ к бонхёфферовской гомилетике, помогая читателю встретиться непосредственно с великим богословом как проповедником и толкователем Писания. В первом томе представлены ранние проповеди Бонхёффера, относящиеся к периоду от студенчества и викариата до служения в Лондоне...

Кажется, что познание добра и зла - это цель всякого этического размышления. А первоочередная задача христианской этики - отмена самого этого знания. В своём выпаде против общих предпосылок любой этики она столько одинока, что встаёт вопрос: имеет ли вообще смысл говорить о христианской этике? Автор, как известно, главным делом своей жизни считал обоснование такой этической программы, которую с полным правом можно назвать христианской...

Публикация "Послания к Римлянам" Карла Барта на русском языке - знаменательное событие для российского богословия. Именно эта книга обозначила решительный разрыв с либеральным богословием 19 столетия - богословием Шлейермахера и Гарнака - и произвела переворот в богословии 20 века. "Послание к Римлянам" Барта - самый важный из написанных в 20 столетии богословских трудов... Порой он достигает силы пророчества, ни с чем не сравнимой энергии; кажется, он написан почти в экстазе" - Хайнц Царнт

Первый том Церковной догматики, самого известного богослова прошедшего столетия - Карла Барта. "Церковная догматика​" вошла в историю христианской мысли как одно из главных событий в богословии ХХ века. Карл Барт в своем фундаментальном богословском труде систематизирует и разъясняет основные положения христианского вероучения, проецируя христологический подход на всю область богословия. Сотворение мира, грехопадение человека, история Израиля, Новый Завет - все это интерпретируется сквозь призму "события Христа". Русское издание включает в себя...

В третий том включены три параграфа из обширной "Церковной догматики" выдающегося современного богослова Карла Барта. Первые два посвящены учению о грехе. Барт рассматривает грех как движение человека в направлении, противоположном движению милости Божьей. Если Бог смиряется в воплощении и смерти Сына, разделяя с человеком его судьбу и даруя ему жизнь вечную, то человек в своем грехе высокомерно превозносится, отвергая человечность Бога и пребывая вдали от Него в косности и во лжи.

В этом томе двухтомника "Церковная догматика​" Барт выдвигает свое основное богословское утверждение: быть человеком - значит находиться в отношении к Богу онтологически и структурно. Однако это знание недоступно вне откровения Бога. После обстоятельного и блестящего анализа феноменов человеческого в естественных науках, в идеалистической этике Фихте, в экзистенциализме и теистической антропологии Эмиля Бруннера, которая ближе всего к собственной позиции Барта, последний утверждает, что эти философии неспособны понять истинную...

​Красота есть нечто больше, чем просто "истина", или, скорее, красота неотделима от истины как мера того, что богословие может назвать истинным. Конечно, предпринятая в данной книге попытка оправдать евангельскую риторику посредством красоты как таковой приводит к новым вопросам. Кто скажет с уверенностью, что прекрасное свободно от насилия или каких-либо ухищрений? Как можно убедительно доказать, что "красота" не служит самой стратегией власти, которой она, как предполагается...

Данная книга относится к серии "Современное богословие". В серию входят книги по современному богословию (основное, литургическое, нравственное богословие и другие его разделы), принадлежащие перу выдающихся современных авторов основных христианских конфессий. В четвертый том вошли четыре параграфа из "Церковной догматики" Карла Барта, объединенные общей темой откровения триединого Бога. Согласно Писанию, Бог есть воплощенное Слово Божье и вместе с тем Единый, существующий в трех лицах: Отца, Сына и Святого Духа...

​Книга известного немецкого библеиста Юргена Ролоффа - одно из лучших современных введений в Новый Завет. В сжатой форме она знакомит с ранними преданиями об Иисусе, легшими в основу евангельских сюжетов, даёт уникальную информацию о литературном своеобразии, содержании и богословском значении новозаветных писаний. Особую задачу автор видит в том, чтобы сделать понятными взаимосвязи как между формой и содержанием отдельных новозаветных книг, так и между разными книгами...

Что есть человек? На этот вопрос сегодня существует огромное количество ответов из области социологии, психологии и различных мировоззрений. Богословие также предлагает свой ответ. В предлагаемой книге выдающийся современный богослов Юрген Мольтман рассматривает различные представления о человеке и соотносит их со своей богословской позицией: он обосновывает гуманизм веры и последовательно критикует проекты, абсолютизирующие и обожествляющие человека...

Главная тема этого фундаментального труда Бальтазара – богословская красота («Слава») божественного откровения. Утрата этого ракурса, по мнению крупнейшего мыслителя ХХ века, нанесла ущерб современной христианской мысли. Автор ставит перед собой задачу – вернуть красоту на ее прежний, магистральный путь, не утверждая при этом преимущества эстетического принципа перед логическим и этическим.

"Мы не пытаемся незаметно навязать читателю некую систему, а просто стремимся прояснить ключевые слова и выражения, которые в современном богословии иногда используются по-разному. Если говорить кратко, назначение этой книги - прояснить богословскую терминологию и помочь правильно употреблять её. Если наш труд поспособствует достижению этих целей, мы будем совершенно удовлетворены". Джеральд О′Коллинс и Эдвард Дж. Фарруджа.

Если предметом первого тома «Богословской эстетики» была непосредственно форма и красота богословия, то в центре внимания этого тома – слава божественного откровения, какой она раскрывается и предстает в многогранном богословии церкви. Автор рассматривает лежащую в библейском откровении объективную первопричину в ее формообразующем воздействии на богословие.

​Центральная тема книги — человек в его отношении к Богу и, в свете этих отношений, ко всему остальному: к другим людям и созданиям, к населенным нами местам, к природе, культуре, обществу и религии. Именно в этих отношениях проявляются различные грани того, что значит быть человеком. Таким образом мы учимся понимать, кто мы есть.

Эта книга – необычный, яркий, глубокий комментарий к восьмой главе Послания к Римлянам апостола Павла, где речь идет об окончательной победе любви Бога. Ничто, по мнению автора, не в силах остановить неудержимое продвижение этой победы, ведь уверенность в ней, как и сама любовь, есть свойство Бога. С этой уверенностью, утверждает Шпайр, те, кто следует словам Павла...

Каждый раз, когда Бог произносит Слово, совершается то, что в Слове высказано. Его Слово действенно; Слово и дело в Нем едины. Слово, которое Бог произносит, чтобы позволить творению возникнуть, заключено в Слове, которое Он от века говорит и которое от века соприсутствует с Ним как Его Сын. Отец вечно говорит свое Слово, а Сын есть вечная реальность этого предшествующего Ему Слова, которое претворяет в жизнь речь и волю Отца...

​Двухтысячелетняя история отношений между христианами и евреями протекала под знаком взаимного недоверия. Христиане обращались с евреями жестоко и ущемляли их в правах. Однако в последние десятилетия наметился поворот к диалогу. Начался он с того, что христиане осознали еврейские корни христианства, а учёные обеих традиций стали призывать к совместной работе. "Введение в еврейско-христианские отношения" рассказывает об этом межрелигиозном диалоге, анализирует ключевые тексты...

В центре книги богослова и мистика Адриенн фон Шпайр находится понятие миссии, которому отводится главенствующее место как в Ветхом, так и в Новом Завете. Миссия – это особая и уникальная форма благодати, предназначенная Богом для каждого посланника. Исследовать миссии Ветхого Завета означает одновременно познавать самого Бога и Его внутреннюю сущность в откровении, слушать Его слово, которое, по сути, есть слово, действующее в человеке, и смотреть на то, как ведет себя человек под формирующей дланью Бога.

​Центральная тема книги — человек в его отношении к Богу и, в свете этих отношений, ко всему остальному: к другим людям и созданиям, к населенным нами местам, к природе, культуре, обществу и религии. Именно в этих отношениях проявляются различные грани того, что значит быть человеком. Таким образом мы учимся понимать, кто мы есть.

В основе христианской вести лежит идея милосердия, то есть прощения и принятия Богом согрешившего человека. С этим тесно связано также понятие уязвимости: в воплощении Бог становится уязвимым – вплоть до Его готовности принять ради нас смерть. Однако в сфере отношений между обществом и человеком и между отдельными людьми идеи милосердия и уязвимости нередко отступали для христиан на второй план, руководящей же оставалась идея правосудия, то есть суда и наказания для провинившегося. Таким образом, между социально-этическим и богословским измерениями христианства всегда имелось серьезное противоречие.

​Книга известного немецкого библеиста Юргена Ролоффа - одно из лучших современных введений в Новый Завет. В сжатой форме она знакомит с ранними преданиями об Иисусе, легшими в основу евангельских сюжетов, даёт уникальную информацию о литературном своеобразии, содержании и богословском значении новозаветных писаний. Особую задачу автор видит в том, чтобы сделать понятными взаимосвязи как между формой и содержанием отдельных новозаветных книг, так и между разными книгами...

​Автор книги, современный немецкий богослов и философ Рихард Шефлер, исследует особенности языка молитвы, характерного для иудео-христианской традиции, сопоставляя его с открытиями философии языка. В качестве материала рассматривается язык молитв Библии, литургического наследия христианской церкви, иудейские молитвословия. В работе показан специфический характер языка молитвы, описаны его отличия от обыденной и научной речи.

Второй том знаменитой «Теологики» швейцарского богослова посвящен самооткровению триединого Бога в воплощении божественного Логоса, который есть Слово, Сын и Истолкователь Отца. Размышляя над тем, как вечная истина Бога может выражать себя в конечности творения, Бальтазар говорит о парадоксальности этой истины, являющейся одновременно истолкованием единого и триединого Бога и истолкованием мира, грешного и отвернувшегося от Бога. Это двойное истолкование неба и ада разрушает всякую человеческую спекуляцию...

Если предметом первого тома «Богословской эстетики» была непосредственно форма и красота богословия, то в центре внимания этого тома – слава божественного откровения, какой она раскрывается и предстает в многогранном богословии церкви. Автор рассматривает лежащую в библейском откровении объективную первопричину в ее формообразующем воздействии на богословие.

​Мыслящий, чувствующий и созерцающий человек может открыть в собственной деятельности внутреннее устремление к трансцендентности. Олег Давыдов успешно объясняет, как это возможно, развивая важные интуиции своей большой книги «Откровение любви. Тринитарная истина бытия». Также подводится итог дискуссий об истине, благе и красоте как результате этих устремлений. Тем самым намечены новые пути для философии и богословия.

Если предметом первого тома «Богословской эстетики» была непосредственно форма и красота богословия, то в центре внимания этого тома – слава божественного откровения, какой она раскрывается и предстает в многогранном богословии церкви. Автор рассматривает лежащую в библейском откровении объективную первопричину в ее формообразующем воздействии на богословие.

Эта книга глубоко личная, автобиографическая. Ганс Кюнг адресует ее тем, кто живет в вере, но хотел бы не просто верить, но быть уверенным и поэтому ищет веру, обоснованную с точки зрения философии, богословия, экзегетики, истории, которая могла бы быть практическим руководством к жизни. Автор признается, что он не спускается на богословском вертолете с небес, а начинает в долине повседневности...

​Стивен Кларк показывает отношение Честертона к молодому тогда жанру научной фантастики, кроме того, выявляет элементы этого жанра в его романах. Особый интерес представляет заключительная часть книги: автор предлагает трактовку злободневных для Честертона и его современников проблем рубежа XIX—XX веков с точки зрения будущего, представленного целым веком научной фантастики, а также с точки зрения альтернативного прошлого, воссозданного фэнтези.

Эта книга записана Бальтазаром со слов его духовной дочери Адриенн фон Шпайр и посвящена богословско-мистическому освещению всего земного пути Девы Марии от Благовещения до Успения. Это не житие и не биография, а именно богословско-мистическая интерпретация, основанная как на личном опыте встречи и общения Адриенн фон Шпайр с Девой Марией, так и на богословии самого Бальтазара. Бальтазар считал эту книгу шедевром Адриенн фон Шпайр.

"Мы не пытаемся незаметно навязать читателю некую систему, а просто стремимся прояснить ключевые слова и выражения, которые в современном богословии иногда используются по-разному. Если говорить кратко, назначение этой книги - прояснить богословскую терминологию и помочь правильно употреблять её. Если наш труд поспособствует достижению этих целей, мы будем совершенно удовлетворены". Джеральд О′Коллинс и Эдвард Дж. Фарруджа.

​Двухтысячелетняя история отношений между христианами и евреями протекала под знаком взаимного недоверия. Христиане обращались с евреями жестоко и ущемляли их в правах. Однако в последние десятилетия наметился поворот к диалогу. Начался он с того, что христиане осознали еврейские корни христианства, а учёные обеих традиций стали призывать к совместной работе. "Введение в еврейско-христианские отношения" рассказывает об этом межрелигиозном диалоге, анализирует ключевые тексты...

​Стивен Кларк показывает отношение Честертона к молодому тогда жанру научной фантастики, кроме того, выявляет элементы этого жанра в его романах. Особый интерес представляет заключительная часть книги: автор предлагает трактовку злободневных для Честертона и его современников проблем рубежа XIX—XX веков с точки зрения будущего, представленного целым веком научной фантастики, а также с точки зрения альтернативного прошлого, воссозданного фэнтези.